Юнг и другие говорят...

[kv]

Невроз - это защита против объективной внутренней деятельности души или дорого оплаченная попытка уклониться от внутреннего голоса, т.е. от предназначения. Ведь это "разбухание" - та самая объективная, независимая от сознательного произвола деятельность души, которая внутренним голосом хотела бы сказать нечто сознанию, чтобы привести человека к целостности.

За невротическим вывихом кроется предназначение, судьба и становление личности, полное осуществление жизненной воли, данной индивиду от рождения. Человек без любви к судьбе - невротик; он теряет себя и никогда не сможет сказать вместе с Ницше: "Человек не сможет подняться выше, если он не знает, куда приведет его судьба".

Карл Густав Юнг "О становлении личности"

 

[kv]

Интуиция может быть на 50% верной и на 50% неверной. Упоминая людей с развитой интуицией, Юнг приводит замечательное сравнение. Он говорит, что интуитивные личности либо точно попадают в цель, либо, не задумываясь, пускают стрелу километров на двадцать в сторону от цели.
Интуитивным личностям необходимо развивать кроме интуиции другие способности, поскольку они либо полностью понимают ситуацию, либо абсолютно ее не понимают.

Не всегда следует доверять интуиции, так как из-за проекции она нередко принимает весьма смутные очертания. Если интуитивный человек не находится во власти тени, анимуса или анимы он удивительно точно попадает в цель.

Но если в действие вступает тень, анимус или анима, т.е. проекция, то этот же человек может клясться что он точно угадал ситуацию, полагая что может доверять своей интуиции, хот я объективно он абсолютно заблуждается. Итак, интуиция — это дело половинчатое; она представляет собой некую психическую функцию и, подобно другим функциям, лишь иногда бывает правомерной.
В отличие от интуиции, инстинкт истины — одно из проявлений Самости и не имеет никакого отношения к психическим функциям, поскольку это слово, которое Самость может шепнуть нам на ухо, слово, которое мы обычно не способны расслышать из-за своей глухоты или болтливости.

Мария-Луиза фон Франц "Алхимия"

 

[kv]

Счастье и мелкие радости приходят к вам только после того, как вы принимаете смерть. Но если вы жадно высматриваете все, ради чего вы еще можете жить, тогда ничто не будет достаточным для вашего удовольствия и незначительные вещи, что по-прежнему окружают вас, прекращают радовать. Поэтому я вглядываюсь в смерть – она учит меня жизни.

Карл Густав Юнг "Красная Книга"

 

[kv]

Когда вы осознаете, что вы не ангел, и у вашей личности есть очень темные стороны, тогда можно полагать, что у вас нет подавлений, что вы стали человеком, человеческим животным или человеческим зверем.

Если вы осознаете этот факт, то не имеете личного бессознательного, и бессознательное будет представлено анимой.

Вам будет сниться солнце, поскольку вы осознаете свою тень.

Если вы не осознаете свою тень и думаете, что вы младенец Христос или крошка с золотыми крылышками, тогда, конечно, ваше бессознательное представлено тенью; тогда вы противостоите очень плохому миру.

Тень - это бессознательная причина всего, что вас окружает, а другие люди кажутся ужасно плохими.
Эта проблема скоро выйдет на первый план, ведь вы почувствуете огромную нужду улучшить людей вокруг.

Вы будете указывать им на недостатки.

Вы-то, во всех отношениях лучше, вы знаете, где ошибаются другие.
Вы побежите рассказывать им об этом, потому что в вас самих исправлять уже нечего.

Те люди, которые постоянно говорят остальным, что делать, не осознают собственную тень.

Они как человек, который, прегнувшись через стену сада, рассказывает соседу о его сорняках, хотя у самого давно сад порос бурьяном.

Однако мужчина, осознающий сорняки в своем саду, столкнется с анимой, или такая женщина столкнется с анимусом, и они будут видеть соответствующие сны.

Карл Густав Юнг. Из семинаров на о.Бейли, 1936 год

 

[kv]

Когда Рапунцель исполняется двенадцать лет (возраст начала пубертата), ведьма запирает девочку в башне. Ее тюрьма находится не в подземелье, а высоко над землей. Как известно из мифологии, мир нечистой силы может находиться и высоко вверху, и глубоко внизу. Хотя Рапунцель дано наслаждаться видом с высокой башни, у нее нет связи с землей, т. е. с реальной жизнью. Она похожа на женщину, которая находится в стороне от жизни и не знает себя, вероятно, из-за слишком сильной идеализации. Такие люди часто видят себя во сне высоко над землей, например, на крыше высокого здания, где им грозит опасность.

Рапунцель не просто «подвешена» в воздухе, она проводит свою юность в башне – в сооружении, построенном человеком. Следует напомнить, что башня – символ Девы Марии, символ светлой стороны фемининности. Но, говоря психологически, у нее отсутствует темная сторона – Тень.
В нашей сказке башня принадлежит колдунье, которая использует ее, чтобы держать главную героиню в плену, высоко над землей. По сути, пленником ведьмы становится человек, который не осознает своей Тени. То же самое происходит, если идеал фемининности слишком высок и нереалистичен: он оказывается во власти Тени и становится ее пленником. В данном случае тюремщицей является колдунья.

Темные материнские фигуры часто преследуют сказочных героев и заключают их в плен. Этот мотив нам встречался в сказках «Иоринда и Иорингель» и «Гензель и Гретель». Темная сторона женщины часто стремится ограничить свободу другого, например, из ревности. Таким образом она пытается ограничить жизненные силы партнера, хотя с его стороны это может привести к самореализации. Если у мужа недостаточно развита эмоциональная сфера, то его жена может превратить их брак в тюрьму; однако, ограничивая другого, она ограничивает и себя, а значит, делает невозможным свое дальнейшее развитие.
С другой стороны, заточение в башню имеет некоторый позитивный смысл. Рапунцель находится в заточении и не может спастись. Если человека каким-то образом не ограничить, то он может вознамериться убежать от себя.

Сибилл Биркхойзер-Оэри

 

[kv]

Возможно, в абсолютной реальности нет ни тела, ни ума, а тело и ум или душа одно и то же, одна и та же жизнь, подчиненная одинаковым законам, и сделанное телом случается и в уме.
Содержания невротического бессознательного — это чужеродные тела, не ассимилированные, искусственно отделенные, и они должны быть интегрированы для восстановления нормальности.
Предположим, со мной случилась крайне неприятная вещь, и я этого не признаю, скажем, ужасную ложь.
Я должен ее признать.
Ложь присутствует объективно, в сознании или в бессознательном.
Если ее не признавать, не ассимилировать, она станет чужеродным телом и образует абсцесс в бессознательном,
и начнется тот же процесс нагноения на психологическом плане, как это происходит в физическом теле.
У меня будут сны или, интроспективно, фантазии о том, что я преступник.
Что мне делать с такими снами и фантазиями?
Можно отвергнуть по-фарисейски отвергнуть их и сказать “Слава небесам, я не такой”.
В каждом из нас есть такой фарисей, который не желает видеть, кто он.
Но если я подавляю свои фантазии об этом, они образуют новую
область инфекции, совсем как чужеродное вещество, образующее абсцесс в моем теле.
Когда это разумно, я должен признать ложь, проглотить ее.
Если я ее признаю, то ассимилирую этот факт, добавлю его к своему ментальному и психологическому устройству; я нормализую мое бессознательное устройство, ассимилируя факты.
Сон —это попытка заставить нас усваивать вещи, еще не переваренные. Это попытка исцеления.

Карл Густав Юнг "Анализ сновидений"

 

[kv]

Самость можно определить как внутренний регулирующий центр, отличающийся от личностного сознания, который можно понять лишь путем изучения своих сновидений.
Они подсказывают нам, что Самость является центром, постоянно направляющим развитие и созревание личности.
Но это разностороннее и цельное состояние психики выглядит первоначально лишь как врожденная, но не проявившаяся возможность.
На протяжении жизни человека она может проявиться лишь отчасти или развиться относительно полно.
Степень развития зависит от желания или нежелания эго прислушаться к посланиям Самости.
Но, как заметили наскапи (индейское племя), тому, кто восприимчив к намекам Великого человека, снятся более полезные и совершенные сны.
Можно добавить, что существующий в нас с момента рождения Великий человек становится более различим внутри восприимчивой личности, чем внутри того, кто пренебрегает им. Восприимчивая личность становится также более совершенной и цельной.
Мария-Луиза фон Франц

 

[kv]

Терпеливо выносить все свои противоположности – только этим мы по-настоящему сможем раскрыть свою человеческую правду для полноценной жизни.
Следует понять, что зло сидит непосредственно в нас самих; что чтобы начать так жить, нужно рискнуть жизнью, вот только тогда она окрасится в яркие цвета, а иначе с тем же успехом можно было бы почитать книжку на диване.

Карл Густав Юнг

 

[kv]

Юнгианцы часто пишут слово Самость с заглавной буквы - не для того, чтобы ее обожествить, а для того, чтобы отличить ее от Эго-самости.

Самость – это глагол; психика самоосуществляется. Самость невидима, но ее деятельность ощущается во всех аспектах нашего бытия – от биохимических процессов и до сновидений. Самость – это не бог; такое предположение привело бы нас в хорошо известную ловушку. Нет, Самость – это метафора того вида энергии, который дает возможность видеть деятельность божества.

Точно так же горящий куст в Священном Писании иудеев – это не бог; это пылающая оболочка божественной энергии. Поклоняться кусту – значит убить бога посредством буквализма. Несмотря на свою понятность, буквализм является богохульным, нечестивым, идолопоклонническим и, в конечном счете, неуместным.

Джеймс Холлис

 

[kv]

.Согласно Юнгу, то, что заставляет Эго расти,— это «коллизии», столкновения.
Другими словами, конфликт, тревога, боль, печаль, страдание.
Именно они заставляют Эго развиваться.
Требования, предъявляемые к личности в плане физической и психической адаптации к окружающей среде, формируют потенциальный центр в сознании и усиливают его способность функционировать, с тем чтобы сфокусировать сознание и мобилизовать организм в определенном направлении.

Будучи виртуальным центром сознания, Эго является врожденным, но в качестве фактического и действующего центра оно обязано своим значением тем коллизиям между психофизическим телом и окружающей средой, которые нуждаются в реагировании и приспособлении.
Поэтому, согласно Юнгу, определенное количество конфликтов с окружающей средой и умеренная фрустрация являются наилучшими условиями для развития Эго.

Однако эти столкновения могут быть катастрофическими и причинять психике серьезный вред.
В этом случае нарождающееся Эго не усиливается, а скорее повреждается и получает настолько глубокую травму, что дальнейшее его функционирование радикально ухудшается.
Пережитое в детстве насилие и сексуальная травма являются примерами таких психических катастроф.
Из-за них Эго часто повреждается в самых глубоких психических слоях.
Оно может функционировать нормально в когнитивном плане, но в менее сознательных частях эмоциональный разлад и отсутствие связной структуры создают серьезные нарушения характера и тенденции к диссоциации.

Такое Эго не просто уязвимо естественным образом, как и любое другое Эго, оно хрупко и склонно к чрезмерной защите. В состоянии стресса оно легко теряет целостность и поэтому имеет тенденцию возвращаться к примитивному (но очень мощному) способу защиты: отгородиться от мира стеной и защищать психику от вторжений и возможного ущерба.
Такие люди не могут доверять другим.
Как это ни парадоксально, их и в самом деле постоянно подводят и серьезно разочаровывают другие люди и жизнь вообще.
Постепенно такие личности изолируют себя от окружающей среды, которая воспринимается ими как чрезвычайно угрожающая, и могут прожить всю жизнь в защитной изоляции.

Мюррей Стайн. Юнговская карта души

 

[kv]

Писателей учат "писать о том, о чем вы знаете".
Тот же совет применим и к поиску силы души: будь хорош в том, в чем ты хорош. Многие из нас тратят время и энергию, пытаясь быть тем, кем не являются.
Но это движение против души, потому что индивидуальность поднимается из души, как вода поднимается из глубин земли.
Мы те, кто мы есть, из-за особой смеси, которая составляет нашу душу.
Несмотря на свое архетипическое, универсальное содержание для каждого индивидуума душа в высшей степени своеобразна.
Сила начинается с познания этой особой души, которая может полностью отличаться от наших фантазий о том, кто мы есть или кем хотим быть.

Томас Мур

 

[kv]

Глубинная психология предлагает научить осознанности, способности понимать человеческую природу, утонченному опыту движения через жизненные трудности с танцами и пением.
Неизвестно, поможет ли это человеку починить себя настолько, чтобы вернуться на рабочее место, но это неизбежно даст нечто безусловно ценное тем, кто был ранен серостью своей жизни, отсутствием внутренних приключений, чувственности и действия в их личной драме.
Жизни многих людей оказываются обедненными из-за трагического недостатка воображения.
Когда воображение теряет свою жизненную силу, человек перестает видеть смысл жизни.
Пустой, изношенный, бесцветный, смертельно скучный миф убивает быстрее, чем стресс на работе.

Жинетт Парис

 

[kv]

Насколько мне известно, существует три основных мифологических точки зрения на высокоразвитые культуры: одна принимает все сущее, вторая – все отвергает, а третья говорит: «Я приму этот мир, если он станет таким, каким, по моему мнению, должен стать».
Распространенное светское воплощение этой последней позиции находит свое выражение, безусловно, в стремлении к постоянным реформам, к прогрессу, которое современный человек легко заметит во всем, что его окружает.
Мифологический порядок – это система образов, которые позволяют сознанию обрести смысл существования.
Однако у него самого смысла нет – он просто существует.
Это наш разум пытается найти смыслы; он может функционировать, только если осознает (или придумывает) некую систему правил.
Мифология предлагает игру: поверь в то, что делаешь то‑то и то‑то.
В конце концов, в ходе этой игры вы приобретаете положительный опыт бытия‑в‑бытии, участия в жизни, которая наполнена смыслом.
В этом и состоит первая функция мифологии: вызвать в человеке чувство признательности и жизнеутверждающего благоговения перед чудовищной тайной, которой является наше существование.
Вторая функция мифологии – представить такой образ космоса, вселенной вокруг нас, который будет поддерживать и вызывать это чувство благоговения. Данную функцию мифологии можно обозначить как космологическую.
Здесь не поднимается вопрос истинности. Ницше утверждает, что для верующего нет ничего хуже истины.
Так ли это?
Да кому какое дело?
В сфере мифологического сознания меня устраивает существующее положение дел, оно – источник моей жизни.
Попробуйте подвергнуть сомнению космологическую достоверность архаических представлений священника о вселенной и мировой истории.
И услышите в ответ: «Кто ты такой, узколобый умник, чтобы сомневаться в этом чуде, источнике всей моей жизни?»
Люди живут, играя в определенную игру, и вы можете разрушить ее, вылезая в роли Мистера Зануды и заявляя: «Ну и толку от этого?»
Космологический образ создает для вас поле игры, приняв правила которой вы сможете примириться со своей жизнью, своим существованием, собственным сознанием, или ожиданиями, или смыслом жизни.
Вот что может дать мифология или религия.
Джозеф Кэмпбелл
Мифы и личностные изменения

 

[kv]

Карл Юнг писал: человек устаёт не от людей, а от собственной ТЕНИ, которую вынужден прятать рядом с ними.
Ты не устаёшь от общения. Ты устаёшь от того, что приходится быть "правильным".
Весёлым, понимающим, добрым, спокойным — в то время как внутри злость, раздражение, усталость, апатия.
Но ты не можешь это показать. Потому что боишься отвержения. Потому что "нельзя быть неудобным". Потому что давно выучил: "если я такой, какой есть, меня не примут". И напряжение нарастает.
Каждый раз, когда ты улыбаешься, хотя хочешь уйти. Когда киваешь, хотя не согласен. Когда слушаешь, хотя внутри кричишь "заткнись", ты не просто устаёшь. Ты разрываешься внутри.
Потому что одна часть тебя живая, настоящая. А вторая выдрессированная. И именно эту вторую ты показываешь миру.
Но настоящая платит. Напряжением. Тревогой. Паникой. Уходом в изоляцию. И тебе кажется, что "ты не вывозишь людей". А на самом деле ты не вывозишь больше притворяться.
Юнг называл это Тенью. Это та часть тебя, которую ты не показываешь. Агрессивную. Завистливую. Грубую. Ревнивую. Эмоционально нестабильную.
Но именно эта Тень и создаёт внутреннюю силу. Только если ты не вытесняешь её. Потому что если ты всё время "светлый", ты начинаешь разрушаться. Вся энергия уходит на то, чтобы сдерживать себя, а не жить.
Самая большая усталость не от других. А от того, что ты не можешь быть собой рядом с другими.
И когда ты говоришь "я интроверт", "я не люблю шумные компании", "мне тяжело в социуме", иногда это правда. Но чаще всего это говорит твое тело, которое больше не выдерживает играть роль.
Потому что ты не просто живёшь. Ты всё время фильтруешь, кого ты должен из себя сделать и какой образ поддерживать.
Чем меньше ты прячешь Тень — тем больше у тебя энергии. Потому что наконец заканчивается война внутри. Ты больше не играешь. Ты просто есть...

Кая Шима

 

[kv]

Самость: душевный центр в бессознательном
Юнг выбрал термин Самость (Self) для обозначения душевного центра в бессознательном, заимствовав его из индийской философии. Хотя это может привести к недоразумению - будто Самость тождественна эго, - важно понимать, что имеется в виду именно её отношение к человеческому индивидууму, поскольку именно так она представлена в сновидениях.
Сын одного пастора видел кошмар, который повторялся на протяжении всей его жизни, хотя со временем видоизменялся.
В этом сне он шёл ночью через огромную пустыню, когда услышал позади себя чьи-то шаги. Испуганный, он ускорил ход; шаги тоже ускорились. Он побежал - и ужасное «нечто» ринулось за ним.
Он добежал до края глубокого пропасти и был вынужден остановиться. Заглянув вниз, далеко-далеко, на тысячи миль под собой, он увидел пылающие огни ада.
Он оглянулся назад и в темноте увидел смутно различимое демоническое лицо.
Позднее ему приснился точно такой же сон, только вместо демона он увидел лицо Бога.
А когда ему было около пятидесяти лет, он снова увидел этот сон. Однако на этот раз его панический страх толкнул его прямо за край пропасти.
Падая вниз, он увидел, как сверху опускаются тысячи квадратных бумажных листков, и на каждом листке была чёрно-белая мандала, причём каждая - другая.
Маленькие листки сложились в подобие пола, который, образовав плотную плоскость примерно на середине пути, не дал ему упасть до самого ада.
Он поднял взгляд назад, вверх, к краю пропасти - и там увидел… своё собственное лицо.
Длинные нефы наших церквей, удалённые от пересекающих их боковых приделов и от алтаря, отражают тот факт, как однажды упомянул Юнг в письме, что в нашей культуре человек переживается как находящийся далеко от Бога; Бог - это «совершенно иной» (Барт), и мы забываем, что Он одновременно является самым близким и самым интимно познаваемым в нашей глубочайшей душе.
Этот парадокс лучше известен индийцам; для них атман-пуруша, Самость, - это внутреннейшее ядро души индивидуального человека и одновременно космический, божественный Все-Дух.
Сновидец повторяющегося кошмара был воспитан в западных взглядах на Бога как на «совершенно иного» - и потому его сон указывает ему на противоположный аспект.

Я пыталась выше объяснить, что означает интерпретация сна на субъективном уровне, то есть как внутренней драмы, в которой все предметы и фигуры представляют неизвестные стороны самого сновидца.
Поэтому при толковании мы просто просим сновидца дать нам яркий, эмоционально окрашенный образ того, как ему представляется человек, которого он встретил во сне. Затем мы «возвращаем» эту же информацию самому сновидцу.
То, что он говорит об X - о том, кого видел во сне, - является образом чего-то принадлежащего ему самому.

Бессознательное, по-видимому, обладает особым талантом использовать сложные образы опыта, чтобы передать сознанию нечто ему неизвестное.
Но наблюдать это можно не только в сновидениях; и в бодрствующем состоянии мы часто видим в других людях элементы невероятно широкого спектра, которые на самом деле присутствуют в нас самих; иногда это доходит до полной деформации образа другого человека.
Это знакомое явление проекции, которую Юнг определял как непреднамеренное перенесение части психики, принадлежащей субъекту, на внешний объект.
Это тот самый известный сюжет о бревне в собственном глазу, которого мы не видим.
Однако отсюда возникают практические проблемы.

Мария-Луиза фон Франц "Сновидения"

 

[kv]

"Центр" - нечто в высшей степени сакральное, территория абсолютной реальности.
Все прочие символы абсолютной реальности (Древо Жизни и Бессмертия, Источник Молодости и т. д.) непременно находятся в Центре.

Дорога, ведущая в центр, - "трудная дорога" (durohana), проверка осуществляется на всех уровнях реального: сопряженный с трудностями круговой обход храма (как в случае в Боробудуром); паломничество к святым местам (Мекка, Хардвар, Иерусалим и т. д.); полные опасностей странствия в поисках Золотого Руна, Золотых Яблок, Травы жизни и т. п.; плутания в лабиринте; трудности, встающие на пути ищущего дорогу к себе, к "центру" своей сути, и т. п.

Дорога эта изнурительна, полна опасностей, ибо по сути своей она является переходом от мирского к сакральному; от эфемерного и иллюзорного к реальности и вечности; от смерти к жизни; от человека к божеству.
Обретение "центра" приравнивается к посвящению, инициации: существование, еще вчера мирское и иллюзорное, сменилось новым существованием, реальным, длительным и плодотворным.
Если во время акта Творения осуществляется переход от бесформенного к форме, или, говоря языком космологии, от Хаоса к Космосу; если Творение в своей временной протяженности осуществляется из "центра"; если, как следствие, все виды существующих объектов, от неодушевленных до одушевленных, существуют только на территории в высшей степени сакральной, тогда нам становится совершенно ясен символический характер священных мест ("центров мира"), геомансические* построения, предшествующие основанию городов, те верования, которые лежат в основе ритуалов, предваряющих строительство.

Мирча Элиаде
Миф о вечном возвращении

 

[kv]

Страх и чувство вины, однако, характерны для такого состояния, как симптом недостаточной адаптации, так как всего чего-то либо слишком много, либо слишком мало, а более того, чувство невыполненной задачи.
Неважно, какова возможная первоначальная причина такого симптома.
Поиск причины скорее сбивает с пути, поскольку страх продолжает существовать, и не потому что он появился в далеком прошлом, а потому что задача возложена на вас в настоящий момент, и, оставаясь невыполненной, каждый день порождает страх и вину заново.
Вопрос, конечно в том, что вам кажется вашей задачей?
Там, где страх, там ваша задача!
Вы должны изучить свои фантазии и сны, чтобы понять, что делать или где начать что-то делать.
Наши фантазии, чаще всего, парят над точкой недостаточности, где нужно компенсировать дефект.

Из письма Карла Густава Юнга Уорнеру Маккаллену. 1956 год

 

[kv]

Студенческие годы Юнга
Обучение медицине в университете Базеля
В 1895 году Карл Юнг поступил в Базельский университет, хотя первоначально его интересовала антропология и египтология, он выбрал для изучения естественные науки, а затем взгляд его обратился к медицине.
Растущее с каждым днем увлечение естественнонаучными занятиями не заставило меня окончательно забыть о моих философах. Временами я возвращался к ним.
Выбор профессии был пугающе близок.
Я с нетерпением ждал окончания школы. Конечно, я поступлю в университет и буду изучать естественные науки мне хотелось каких-то реальных знаний.
Но как только я склонялся к такому решению, меня начинали одолевать сомнения: может, все же имеет смысл обратиться к истории и философии?
- В те дни я вновь с головой ушел во все египетское и вавилонское и больше всего на свете хотел стать археологом. Но у нас не было денег, и учиться где-нибудь кроме Базеля я не мог. В Базеле же некому было учить меня археологии.
Так что от этого плана очень скоро пришлось отказаться.
Я слишком долго колебался, и отец уже начал беспокоиться. Однажды он сказал: "Мальчик интересуется всем, чем только можно, и не знает, чего хочет".
Пришлось признать, что он прав. Близились вступительные экзамены, и нужно было определиться, на какой факультет поступать. Недолго думая, я объявил: "Естественные науки", предпочитая оставить моих школьных товарищей в сомнениях относительно моих намерений. *
«Интеллектуально живые» и «время дружбы» - так потом отзывался К. Юнг о своих студенческих годах.
Во время учёбы он увлёкся изучением спиритизма и месмеризма, несколько раз посещал спиритические сеансы. Чем обернулось это новое увлечение для К. Юнга, очень хорошо наблюдали его друзья: «Вот увидите, он скоро станет еще и великим сказочником», – сказал со смехом один из нас. Смех смехом, но когда Карла не воспринимали всерьез либо не понимали, он гневался, обижался и даже мог посчитать себя оскорбленным.

«На мой взгляд, изучая спиритическую литературу и ставя разнообразные соответствующие опыты, Юнгу пришлось тем самым сдавать своеобразный суровый экзамен на личное мужество и отстаивать свои убеждения, пока они сами собой не поменялись у него по дальнейшему изучению психологии. Но тогда он был готов бороться с официальной наукой тех людей, которая вместо того, чтобы исследовать оккультные явления и попытаться дать им объяснение, просто-напросто категорически отрицала их существование».**

Свою работу на степень доктора Карл Юнг озаглавил «К вопросу о психологии и патологии так называемых оккультных явлений», избрав в качестве объекта исследования свою кузину Хелен, чьи способности медиума первыми подтолкнули его в направлении к будущему открытию подсознания.
В автобиографии он подробно излагает, как буквально разрывался пополам в то время: Что мне нравилось в науке, так это точные конкретные факты и их историческая подоплека, в религии – духовные вопросы, к кругу которых также принадлежала философия. Но в науке мне остро не хватало смыслового фактора, а в религии – эмпиризма. Как бы то ни было, наука удовлетворяла, причем в очень большой степени, запросы моей личности № 1, тогда как личность № 2 насыщалась историей и гуманитарными дисциплинами. И очень долгое время маялся я как неприкаянный между этими двумя полосами, неспособный окончательно остановиться на чем-то одном». Так что же выбрать для своей дальнейшей профессиональной специализации? Как умудриться совместить свои разнообразные интересы в одном единственном предмете?
Ответ он находит на страницах книги Крафта Эббинга, которая сразу и безошибочно указала ему на презираемую область психиатрии
«Внезапно мое сердце сильно забилось, в волнении я вскочил из-за стола и глубоко вздохнул.
Меня будто озарило на мгновение, и я понял: вот она, моя единственная цель, - психиатрия.
Только здесь могли соединиться два направления моих интересов. Именно в психиатрии я увидел поле для практических исследований, как в области биологии, так и в области человеческого сознания, - такое сочетание я искал повсюду и не находил нигде. Наконец, я нашел область, где взаимодействие природы и духа становилось реальностью».***


*Карл Густав Юнг. «Воспоминания, сновидения, размышления»
**Аниэлла Яффе. Прожитые годы Юнга.
***Клэр Данн. Израненный лекарь души

 

[kv]

Если яркие образы уводят нас в сон, во взаимодействие с ними, мы, вероятно, на правильном пути. Но если мы пренебрегаем оттенками чувств и изящной игрой всей совокупности образов, сосредоточившись лишь на наиболее ярком, мы просто отламываем кусочек сна, чтобы накормить им наше обыденное «я» и уходим от имагинального (с надуманным оправданием), возвращаясь в привычные рамки сознания, к привычным занятиям. Когда мы извлекаем один элемент (а не когда он погружает нас в сновидение), мы используем сон в своих целях. Мы вычленяем то, что нас интересует и позволяем остальному кануть в забвение. Мы думаем, что «уделяем много внимания нашим снам», но это не так. Мы уделяем много внимания той части своей личности, которая пожирает образы для своих собственных целей.

Мэри Уоткинс, "Сны Наяву"

 

[kv]

Когда я способен освободить себя от рассмотрения события как того, что происходит со мной, и увидеть его как то, в создании чего я соучаствую, я даю себе свободу увидеть священное в другом человеке.
Я освобождаю себя не только, чтобы увидеть нечто третье (отношение, связь, поле), что объединяет меня и другого человека, но также, чтобы позволить (или даже спровоцировать) возникновение другого, телоса, нуминозного, алхимического четвертого.
Чувство священного, которое мы испытываем, когда осознаем, что данный конкретный момент обусловлен какой-то определенной причиной (даже если мы не знаем, что это за причина, будет доступно нам всегда.
После этого мы становимся в любом взаимодействии открыты тому другому, что скрыто или отделено от меня и другого человека.
Мы можем рассматривать каждое взаимодействие как поле, призывающее нас к некому ответу, осознанию чего-то большего, чем то кажущееся взаимодействие, котоое у нас есть.
Трансцендентная функция в отношениях означает вечную жизнь в позиции видения тайны в том, что мы привыкли считать само собой разумеющимся; означает быть верным свидетелем, не привязываясь; осознавать, что обыденность может быть священной; быть открытым к тому, что хочет бытьвоспринятым; жить в поле эроса.
Трансцендентная функция - о рождении души в моменте; можно практиковать это каждый день, просто путем привлечения поля, позволяющего прозреть и увидеть иное.

Трансцендентная функция.
Джеффри Миллер