Число и время Мария-Луиза фон Франц

Тема в разделе "КНИГИ", создана пользователем Lilja, 8 ноя 2019.

  1. Lilja

    Lilja Зоопсихолог

    Число и время
    Введение

    После того, как К.Г. Юнг закончил свою работу о синхронистичности: "Синхронистичность: аказуальный связующий принцип", он рискнул выдвинуть предположения (которые уже были набросаны на бумаге) о том, что есть возможность продвинутся ещё дальше в понимании единства психики и материи, исследуя архетипы целых чисел. Он даже начал записывать на клочке бумаги некоторые математические характеристики первых пяти чисел. Но, за два дня до своей смерти, он передал эти записи мне со словами: "Я слишком стар, чтобы заниматься этими исследованиями, потому передаю их тебе". Долгое время я пребывала в неуверенности стоит ли продолжать эти его наработки или просто хранить их до того времени, пока не найду более компетентного в таких вопросах человека. Но, после смерти Юнга, эта проблема не давала мне покоя и я должна выразить благодарность Барбаре Ханне за то, что она подтолкнула меня на этот рискованный шаг. Работа длилась более шести лет и представляет собой всего лишь первый шаг в том, чтобы прояснить некоторые вопросы такой непростой темы.

    Эта книга не о математике, в строгом смысле слова и даже не претендует на учебное пособие по числовому символизму. Скорее, попытка рассмотреть феномен числа, основываясь на теории бессознательного. Тем не менее, мне пришлось коснуться математики, в полной мере осознавая опасность того, что из-за недостатка средств я могу сделать далеко идущие выводы. По тем же причинам, я не касалась взаимоотношений между числом и логикой языка, а также теории музыки. Несмотря на то, что эти области достаточно хорошо проработаны.

    Помимо Барбары Ханны, я выражаю мою благодарность доктору Францу Риклину за его поддержку и Арнольду и Норе Минделл которые внимательно меня слушали и помогали прояснить некоторые мысли. Также, хотелось бы выразить благодарность профессору Конраду Воссу из Швейцарского института технологии, который рассматривал основные проблемы с точки зрения математика и корректировал некоторые мои неудачные формулировки. Тем не менее, я беру на себя ответственность за все идеи, изложенные в этой работе. Мои глубочайшие благодарности Уияльяму Байерсу Брауну, профессору математической химии Манчестерского Университета за коррекцию некоторых положений и ценные замечания.

    Выражаю признательность доктору Мокусен Миуки за предоставленную информацию по теории чисел в его работе, посвященной Фацзану. Я не могу не отметить здесь связанные с этим интереснейшие синхронистические явления. Когда я только закончила книгу, мне приснился такой сон: я была на выставке древнего индийского искусства. За витриной я увидела несколько фигур плачущих демонов, где-то 30 сантиметров в высоту. Я знала, что это отсылка к истории из жизни Будды, в которой его убивают демоны. Осознав совершенное, они зарыдали и приняли более человеческий облик. Несколько фигур отсутствовало, потому как один молодой ученик забрал их на лекцию. Я заглянула в лекторий, но там царила сплошная тьма. Потом ученик (я не знала кто он) вышел из лектория. В этот момент его подозвал Юнг и они начали оживленно дискутировать. Юнг дал мне знак, чтобы я слушала. Я догадалась, что ученик (представляющий моего анимуса или духовную и ментальную сторону) знал что-то, что может касаться моей книги, но он читал в темноте. Для меня его знание находится в полной неизвестности. После этого сна, я не знала как продвинутся в исследовании этих проблем и не могла ничего с этим поделать. Через несколько недель, пребывая в неопределенности, я встретила доктора Миюки. Когда в разговоре возникла пауза, мой сон вернулся ко мне и я его изложила. Миюки рассказал мне об эзотерической науке чисел в рамках буддизма школы Хуаянь (результат индийского влияния на Китай), тексты которой он уже начал переводить для меня, но так и не смог закончить. У него возникли проблемы с переводом основного текста патриарха Фацзана. К моему удивлению, изложенная там идея континуума, так же как и идея ретроградного исчисления, имеет далеко идущие параллели с моими собственными идеями. Моё бессознательное было настолько близко к той информации о которой я, с рациональной точки зрения, не могла знать. Криптомнезия исключена, так как текст даже не был переведён ни на один европейский язык, а я не владею ни одним из восточных. Положения Фацзана основывались на универсальном единстве архетипа Самости и содержали множество метафизических предположений, которые я не принимала в расчёт в своей работе.

    Наконец, я выражаю сердечную благодарность докторам Элизабет Руф и Гертруде Росс, которые обеспечивали меня необходимой литературой и тем самым помогли сэкономить множество времени и сил. Мои благодарности Эрнсту Клетту Верлагу и издательству Северо-западного Университета за выпуск этой книги в свет. И особенно - мистеру Фаулеру МакКормику, за его щедрый взнос.

    Мария Луиза фон Франц

    Часть I: Число как основной определяющий фактор психики и материи

    Глава 1. Проблема единства психики и материи

    В последнее время, тема взаимоотношения психики и материи всё чаще становится предметом дискуссий в научной среде, оставаясь тайной, покрытой мраком. Но если проанализировать некоторые факты, то можно найти узкую тропинку в этой непроглядной тьме.

    Несомненно, из всех открытий начала этого века, наиболее важное место занимает открытие бессознательного. На основе эмпирических данных был сделан вывод о том, что наша личность состоит не только из эго-сознания, но и из огромной области бессознательной психической активности. Косвенную информацию об этой области мы получаем через наблюдения за снами, видениями, произвольными фантазиями и другими феноменами. К.Г. Юнг доказал, что в то время как один слой бессознательного является личностным и содержит личные комплексы, другой представляет из себя универсальные структуры, присущие каждому индивиду. Юнг назвал этот слой, проявляющийся во всём человечестве, коллективным бессознательным. Это не придаток в виде "архаичных останков", как полагал Фрейд, но живая матрица для сознательного и бессознательного, основа всей нашей жизни. На этом глубинном слое содержатся отдельные структуры, которые (по аналогии с моделями поведения животных) представляют собой первооснову для наших эмоций, образов, действий и ощущений. К примеру, перед лицом смерти или при встрече с противоположным полом, равно как и в других жизненных ситуациях, возникают соответствующие архетипические реакции. Они сопоставимы с инстинктами и практически одинаковы у всех людей. Поскольку эти структуры неотделимы от основных эмоций, их эффект заключает в себе область физических проявлений. Ни для кого не секрет, что такие эмоции как страх, любовь, энтузиазм, героические чувства и т.д. вызывают определенные физиологические и химических реакции (дрожь, выделение пота, учащение пульса). Опираясь на ранние работы Пьера Жане, Юнг определяет психику как своего рода спектр между "инфракрасной" областью телесных реакций и "ультрафиолетовой" областью архетипов.

    Сущностный центр нашей психики скользит вдоль этого "спектра", подобно лучу света, отклоняясь то в одну, то в другую сторону. Когда в ком-либо преобладают инстинкты, вектор эго смещается в левую сторону. Когда кто-то становится "одержим" идеями - в правую. Однако есть предположение, как замечал Юнг, что эти две области - части неделимой, живой реальности и разделяются только в сознании. Если на нас влияют физические или, так называемые, "материальные" силы внешнего мира, мы называем это материей; если же нами двигают фантазии, идеи или чувства, мы называем это объективным психическим или коллективным бессознательным. Юнг сконцентрировался на воздействии этих феноменов и, к своему удивлению, обнаружил что использует те же модели и концепции, которые используются в микрофизике. Например, понятие взаимодополняемости (между частицей и волной в физике и между сознательным и бессознательным в психологии); необходимость учитывать гипотетического осознающего субъекта, при описании явлений; возможность описывать только "работу" невоспринимаемых объектов, без учета их состояния "в себе"; и тот факт, что мы можем судить о феномене лишь по интерпретации его энергетического состояния. Таким образом, присутствует определенный параллелизм концепций между двумя науками, хотя он и не означает их сущностного взаимоотношения.

    Однако, всё указывает на наличие определенного рода связи между бессознательным и понятием материи в физике. Эта связь имеет, прежде всего, статистически-каузальный характер, поскольку демонстрирует их взаимодействие. Физическое воздействие через тело отражается на психике и наоборот: абстрактные представления влияют на physis. Эти влияния можно статистически зафиксировать и психосоматическая медицина уже проводит ряд исследований в этой области. Кроме того, существует и более глубокое взаимодействие между психикой и материей, не вписывающееся в рамки принятых научных теорий, что является камнем преткновения для современного рационализма. Ещё до 1930 года, когда Юнг только начинал исследовать бессознательное, он отметил определенное явление, которое много позже смог последовательно описать как феномен синхронии.[1] Этот феномен представляет собой образованный в психике символический образ, например сон или видение, или внезапное прозрение, возникшее в бессознательном, которое "чудесным" образом находит своё проявление во внешнем мире и не может быть логически подтверждено.[2]

    К тому времени как Юнг начал более детально разбирать этот феномен, он познакомился с синологом Рихардом Вильгельмом, который представил ему более глубокие идеи древней китайской книги предсказаний - И Цзин, с которой прежде Юнг был знаком лишь по ужасному переводу Легге. Оказалось, что вся книга основана на синхрониях. Для западного ума трудность понимания явлений синхронистичности связана не столько с их возникновением (любой интроспективный человек с легкостью их определит),[3]сколько с принятием их в научную парадигму на фундаментальном уровне. Наука склонна рассматривать такие явления как простые "случайности".[4] Они входят в противоречие с нашим предвзятым представлением о том, что психика есть область "исключительно субъективного опыта" в отличии от "объективного внешнего мира". Эта точка зрения является истинной лишь в том случае, если мы сводим всю психику к эго-сознанию. Однако, часто наблюдаются ситуации, когда архетипы коллективного бессознательного активируют "невозможные" психофизические проявления. Юнг отмечал, что наша психика на самом низком, коллективном уровне есть чистая природа. "Природа содержит в себе всё известное и неизвестное, включая материю". [5] Предсознательная часть нашей психики различает объекты на "животном" или инстинктивном уровне.[6] И только на этом уровне мы можем констатировать явления синхронии.

    Поскольку сходные между собой структуры проявляют себя в бессознательном и материи через феномены синхронии, идея единства универсума (которое предполагали ещё древние алхимики), подразумевающая дуальность психики и материи, становится для нас более понятна. Для описания этого единства Юнг использовал термин unus mundus.[7]

    По его словам, идея unus mundus основана, в конечном счете

    на предположении, что вся совокупность явлений эмпирического мира покоится на внутреннем единстве, а не на двух или нескольких мирах, смешанных или независимых друг от друга. Скорее всего, все различия и разделения относятся к одному и тому же миру, который мы не можем ощутить органами чувств, но его наличие обусловлено тем фактом, что до сих пор никто не открыл мир, в котором бы не действовали известные законы природы.[8]

    Даже мир психики находится в этой же вселенной. Однако, Юнг подчеркивает, что нет или почти нет никакой надежды отразить это единство всего сущего, кроме как через антиномии. Мы знаем наверняка, что мир феноменов, в каком-то смысле, базируется на трансцендентном основании[9]. И это основание отражается в нашем сознании внезапными вспышками синхроний. Юнг говорит:

    Думаю, вы не ошибетесь полагая, что синхронистичность (хоть и являясь на практике весьма редким феноменом) представляет собой универсальный принцип вселенной, то есть (unus mundus) в котором нет никаких границ между так называемой материей и так называемой психикой. Здесь мы вступаем на территорию глубоких вод и я не рискну что-то говорить на этот счёт.

    В связи с этим, я всегда сталкивался с загадкой натуральных чисел. Я чувствую, что число - это ключ к тайне с тех самых пор, как оно было как открыто, так и придумано. Оно обозначает количество, но также и само значение. Касательно последнего, я ссылаюсь на арифметические свойства такого фундаментального архетипа как Самость (монада, микрокосм и т.д.) и его исторические и эмпирические обозначения как четверки, 3+1 и 4-13.[10]

    Гельмут Вильгельм нашел любопытные параллели с западным понятием unus mundus в работах китайского философа Ван Фучжи (1619-1692). Ван Фучжи сделал попытку интерпретировать Книгу Перемен, И Цзин, с точки зрения философии. В его интерпретации, сущее основано на всеохватывающей непрерывности, которая упорядочена согласно законам, но которая "сама по себе... не может быть проявлена" и, следовательно, недоступна чувственному опыту. [11](Эта идея в целом согласуется с концепцией Юнга о не воспринимаемойпсихофизической первооснове). С точки зрения Ван Фучжи, внутренняя динамика этой непрерывности разделяет отдельные образы, которые, благодаря своей структуре и положению, участвуют в его формировании[12]. Поскольку эти образы сами по себе упорядочены и, следовательно, подчинены определенному закону, они присущи миру чисел и могут быть выражены в порядке исчисления. Другими словами, они участвуют в числовой игре и, в качестве законных элементов теории чисел, могут быть структурированы в соответствующем порядке. Естественно, эти образы могут быть восприняты непосредственно, через эмоции и опыт, не прибегая к арифметическим процедурам. Но число позволяет использовать теоретические и спекулятивные методы для выражения состояний, представленных этими образами. Идея Фучжи о двух подходах к сути бессознательного кажется мне очень значительной - один подход основан на содержательном аспекте психического, другой - технически-рациональный и более апеллирует к структуре образов, чем к их содержанию. Тем не менее, оба подхода ведут к одной и той же цели, а именно - осмыслению актуального "положения звёзд" на психофизическом небе бытия. Архетипические образы этого глубинного потока, о чём и говорится в И Цзин, образуют определённую последовательность. Соответственно, Юнг говорит: "И Цзин - это внушительная психологическая система, которая способна организовывать игру архетипов в последовательные структуры и, таким образом, их "считывание" становится возможным".[13]

    Даже несмотря на то, что эта трансцендентная непрерывность или unus mundus, видимо, находится вне времени, некоторые её проявления врываются в нашу темпоральную сферу в виде синхроний. Понимание природы этих проявлений и лежит в основе И Цзин. Её назначение, безусловно, предполагает определенную "вероятность" в существовании этих событий.

    В своей статье о принципах синхронистичности, Юнг поднимает вопрос о том, могут ли эти феномены оказаться, в конечном счете, лишь частным случаем проявления более фундаментального принципа природы, который он обозначил как "аказуальную упорядоченность". [14]Эта упорядоченность природных явлений может наблюдаться как в материи (к примеру, прерывистость в физике, такая как радиоактивный распад), так и в психике (как в безусловной однородности человеческих представлений о естественных понятиях). [15]Всё это примеры постоянных проявлений аказуальной упорядоченности. В противоположность им, синхронистические события проявляют себя одномоментно и в особых случаях, в которых наблюдатель находится в позиции осознания tertium comparationis, то есть, "смыслового сходства". [16]Упорядоченность, отображенная в случаях синхронии, по словам Юнга,

    отличается от таковой в натуральных числах или прерывистости физики по той причине, что последние происходят от вечности и происходят регулярно, в то время как синхронии - это акты творения во времени.[17]

    Акты творения в смысле creatio continua (непрерывное творение (лат.) – прим. перев.). Они понимаются не только как чередующиеся, но также как единственный "непрекращающийся" акт. В этом смысле, "вероятность", говорит Юнг, "должна пониматься частью как пребывающая в вечности, частью как сумма бесчисленных индивидуальных актов творения, происходящих во времени".[18]

    "Индивидуальные акты творения", таким образом, не выходят за рамки обычных способов прогнозирования но, наоборот, имеют место в пределах определенной "вероятности аказуальной упорядоченности", и не могут полностью игнорировать предсказания. В прошлом, чтобы предсказывать будущее, обычно обращались за помощью к числам. В связи с этим, Юнг предполагал, что архетипы целых чисел должны быть каким-то образом связаны с unus mundus. По этой причине, ближе к концу своей жизни, он хотел более подробно рассмотреть значение чисел в их отношении к принципу синхронистичности. Число, во всяком случае (насколько мы можем понять исследования Юнга), не должно пониматься только как конструкт сознания, но также как и архетип. А значит, согласующийся с природой как изнутри, так и снаружи. Развитие этих идей Юнга и есть цель данной работы.


    [1] К.Г.Юнг, "Синхронистичность: аказуальный связующий принцип" Структура и динамика психического, Собрание работ, Том 8, здесь и далее как "Синхронистичность" (для подробой информации смотрите библиографию, раздел "Собрание работ К.Г. Юнга", а также сведения о публикации отдельных томов. "Собрание сочинений" здесь и далее как СС.) Также Юнг "Письма, касающееся синхронистичности" Том 5, №1 (1961), и Юнг "Астрологический эксперимент",”Журнал о парапсихологии и пограничных областях психологии”, Том 1, стр. 213 (1957-58).

    [2] Под феноменом синхронии Юнг понимает совпадение во времени двух и более физических и психических событий, которые соотносятся между собой не каузально, а по смысловой идентичности. (см. Юнг, "Синхронистичность" С. 870, 902, 915).

    [3] К синхронистичным событиям относятся такие хорошо известные случаи как, к примеру, собранные В. Ф. Шольцом. Он рассказывает: "Один человек переправлялся со мной из Нордернай в Гельголанд. Во время поездки, без какой либо на то причины, он начал рассказывать о том, как много лет назад, во время такой же переправы, у парома сломалось гребное колесо. Через пару мгновений раздался треск - у парома сломалось это самое колесо." Здесь воспоминание рассказчика, идущее изнутри совпадает с событием, произошедшим через несколько секунд. Ещё один пример: "Муж приносит своей жене двух голубей и она произносит: "Ах, как было бы замечательно, если бы появился ещё один". В этот же день голубь влетает в её комнату и позволяет ей себя поймать" (В. Ф. Шольц, "Совпадение и судьба" (Берлин, 1924) С. 92, 101). Й.Б. Райн пытался понять эти совпадения статистически, но я сомневаюсь, что это верный подход. М. Райли, "Разновидности познаний паранормального" в "Спектр психологии: памяти С.А. Майера" ред. С.Т. Фрей-Верлин (Цюрих, 1965), С. 253 и материалы, которые здесь цитируются. Райли заканчивает свою статью словами: "Такие лабораторные подтверждения, как выдвинутые Й. Б. Райном в его "волевых" случайных экспериментах (психокинез) и такие проивзольные события, как остановка часов на времени смерти их владельца указывают на то, что физические и психические миры - две грани одной реальности". (стр. 265). Л.С. Клинг, "Архетипический символизм и синхронистичность в текущих мировых событиях", “Скрытый мир”, № 4 (1965-66). Также см. Л.С. Клинг "Иррациональные случаи в психотерапии", Журнал экзистенциальной психиатрии, №15 (1963).

    [4] Артур Кёстлер, "Корни совпадений" (Лондон, 1972), к сожалению, полностью искажает идею Юнга, привнося в неё неуместное причинно-следственное мышление. Но, как пояснил Юнг, предположение вероятности также подразумевает и предположение невероятности (Юнг, "Письма", С.4). Также смотрите обсуждение принципа синхронистичности у К. Фридрихс, "О совпадении или синхронности", “Пограничные области науки”, гл. 16, №1 (1967). (Там, кроме всего прочего, те аспекты идей Юнга, которые Фридрихсу не удалось понять). Также П.Урбан "Философские и эмирические аспекты синхронности", “Пограничные области науки”, гл. 17, №4 (1968), С.347.

    [5] Юнг, "Письма", стр. 4. Далее он продолжает: "Я не имею ничего против предположения, что психика - это определенное состояние материи, а материя - конкретный аспект психики, при условии, что под "психикой" подразумевается коллективное бессознательное". Он также говорит: "Исходя из того, что физические явления автономны, не может быть только одного подхода к тайне там-бытия. Их должно быть, как минимум, два: физический с одной стороны и психическое отражение с другой. Но нельзя с уверенностью утверждать что из этого отражает, а что отражается!"

    [6] Там же. стр. 5 Юнг продолжает: "Последнее я рассматриваю в качестве предсознательного аспекта на "животном" или инстинктивном уровне психики. Все психические проявления - это выражение природы того, для чего человек является лишь частью. Как в физике, нельзя напрямую наблюдать процессы ядерных реакций, так и содержимое коллективного бессознательного не может предстать перед нами непосредственно. В обоих случаях природа предмета воспринимается через следствие, как след ядерной частицы в камере Вильсона. Выражаясь конкретнее, архетипические "следы" наблюдаются, прежде всего, во снах, где они становятся видимы как психические формы ... однако они могут и конкретизироваться в виде физических факторов ... " Даже неодушевленные предметы, метеорологические явления, к примеру, ведут себя похожим образом. См. А. Яффе "Жизнь и мастерская К.Юнга" (Цюрих, 1968) и этого же автора "Миф о смысле в работах К.Г, Юнга" (Цюрих, 1967) См. также С.А. Майер "Современная психика, современная психология" в "Культурная значимость комплексной психологии" изд. Психологический клуб Цюриха (Берлин, 1935).

    [7] См. К.Г. Юнг Mysterium Coniunctionis, СС, том. 14, С. 663, 759, 767. Не следует путать этот термин с термином Э. Нойманна "единство реальности", которым он обозначает слияние индивида с его физическим окружением. См. Э. Нойманн "Психика и преобразование уровней реальности", ежегодник Эранос, т. 21 (1965), С. 169. Юнгианское понятие unus mundus с другой стороны, обозначает потенциальную структуру, которая изредка воплощается в реальности внутреннего и внешнего мира.

    [8] Юнг, Mysterium, С. 767-70.

    [9] В смысле “трансцендентное сознание”. Я всегда использую слово “трансцендентный” в этом смысле.

    [10]Письмо Юнга Стефану И. Абрамсу, Октябрь 21, 1957, в Юнг, “Письма” ред. А Яффе (Ольтен, 1973), 3, С. 135.

    [11] Г. Вильгельм, "Понятие времени в Книге Перемен", Ежегодник Эранос, 20 (1951) С.333. См. также "Перемены: восемь лекций по И цзин" (Лондон, 1960), С.97.

    [12] Он ссылается на 64 ситуативных образа И Цзин. Эти "образы" соответствуют архетипическим образам Юнга, совокупность которых составляет unus mundus.

    [13] Юнг, Mysterium. C.401

    [14] Юнг, Синхронистичность. С.464-65

    [15] Там же."Многозначительные совпадения или эквивалентности между психическим и физическим состояниями не имеют никакой причинно-следственной связи, что означает, в общих чертах, безпричинную модальность или "аказуальную упорядоченность". Возникает вопрос: способны ли мы расширить наше определение синхронистичности или, вернее, требует ли оно расширения? Это требование встаёт перед нами, когда мы расширяем, углубляем концепцию синхронистичность как "аказуальной упорядоченности". В неё входят все "акты творения", априорные факторы, такие как свойства натуральных чисел, прерывистость в современной физике и т.д.

    [16] Там же. С. 965

    [17] Там же. С. 964 и 518

    [18] Там же. С. 968. См. также Мария-Луиза фон Франц, "Время и сихнронистичность в аналитической психологии" в "Голоса времени" ред. Д.Т. Фрезер (Нью-Йорк, 1966). Касательно психологических значений чисел см. Г. Мерфи, "Пифгаорейская теория чисел и её значение для психологии", "Американский психолог", 20 (Июнь, 1967), С.423. Мерфи верно замечает, что абстрактная идея теории вероятности не распространяется на психические явления и мы должны обратится к прерывистости "типов", таких как натуральные числа. Я благодарю мистера Уильяма Кеннеди за то, что обратил моё внимание на эту статью.

    https://castalia.ru/perewody/yungia...va-1-problema-edinstva-psihiki-i-materii.html
     
  2. Lilja

    Lilja Зоопсихолог

    Число и время

    Глава 13. Число, время и синхрония.

    Перевод: Максим Скриблов

    Поначалу, я не намеревалась включать в эту книгу довольно сложный вопрос касательно феномена времени. Но подробное исследование показало, что число, понимаемое в своём психофизическом аспекте, тесно связано с проблемой времени. Эта связь подкрепляется тем фактом, что в предсказательных техниках всегда использовали числа как показатели синхронистичности. В частности, в Китае они с древнейших времен считались структурными единицами течения времени. Числовые системы Ло-шу и Хо-ту, описанные во второй главе, дают весьма чёткое представление об аспекте времени, содержащимся в их взаимоотношениях с триграммами И-Цзин. Данное взаимоотношение, как уже упоминалось, представляет собой комбинацию Хо-ту с “Преднебесной последовательностью” или “Изначальным расположением”, показанную в сопутствующей иллюстрации.

    Чиен и кун, небо и земля, обозначают собой ось север-юг и образуют пару противоположностей. Но “в изначальном взаимоотношении … их воздействия не противоречат друг другу ...”. В этом смысле, все силы (па-куа) действуют как парные противоположности. Более того, с этой точки зрения, целое обладает возможностью к внутреннему двойному движению. Древний текст приводит по этому поводу следующий комментарий:

    Небо и земля задают направление. Силы горы и озера приходят к единству. Буря и ветер воспаляют друг друга. Огонь и вода не враждуют. Так, восемь триграмм объединяются. То, что уходит в прошлое зависит от того, что следует вперёд. Знание о том, что грядет, зависит от того, что уходит. Поэтому, Книга Перемен содержит уходящие числа.[1]

    [​IMG]

    [Рисунок автора, согласно Марсель Грант, La Pensée chinoise, © Albin Michel 1936, 1968, Collection Evolution de l'humanité.]

    Вильгельм приводит объяснение этого текста:

    Когда триграммы объединяются, то есть, когда они приходят в движение, наблюдается двойная динамика: первое, обычное движение по часовой стрелке, кумулятивное и расширяющее во времени, которое определяет происходящие события. Второе, противоположное движение в обратную сторону, сворачивающее и сжимающее с течением времени, которое позволяет сформировать семена будущего. Знать это движение, значит знать будущее. Образно говоря, если мы понимаем, каким образом дерево заключено в семени, мы поймем, каким образом будущее разворачивает это семя в дерево. [2]

    Мы можем пояснить это следующим образом: числовая мандала Хо-ту не обладает циклической или линейной формой движения, но представляет собой некую структуру сил или направлений, которые находятся в постоянном равновесии. Она образует статичный образ высокоинтенсивной внутренней активности - это можно сравнить со стрекозой, зависшей в одной-единственной точке, но всё же обладающей неотъемлемой динамикой, благодаря бесчисленным вибрациям её крылышек. Данный образ требует “вмешательства” (или “взаимопроникновения”), чтобы вызывать в себе циклическое движение. Следовательно, модель мира Хо-ту образует первичную картину относительно вневременного состояния универсальной согласованности.

    [​IMG]

    Динамика Хо-Ту [Рисунок автора, согласно Гранту, Pensée chinoise, © Albin Michel 1936, 1968.]

    Если мы последовательно начнём считать её числа, в результате возникнет такая же динамика, какая показана на диаграмме. Связь четырёх внешних точек всегда ведёт к центру, состоящему из чисел 0, 5, 10 и т.д. Если мы спроецируем эту динамику на наклонную плоскость, то получим структуру, показанную на схеме ниже (верхнее изображение). Здесь изображена такая же связка из двойных пирамид, которую Юнг использовал для описания архетипа Самости в своей работе Эон.

    Если “Преднебесная последовательность” подвергается “взаимопроникновению”, то в итоге получается так называемое “расположение Вэнь-вана”. Оно формирует вторую последовательность триграмм, на которую основывается книга и известную как “Посленебесная последовательность”. Она соответствует квадрату Ло-шу и проявляет себя как показано ниже (нижнее изображение). Она также называется “Конфигурация имманентности вселенной”.



    [​IMG]

    Проекция динамики Хо-ту на наклонную плоскость

    [​IMG]

    [​IMG]

    [Источник: Грант, Pensée chinoise, © Albin Michel 1936, 1968, стр. 149]

    “Триграммы” – говорит Вильгельм – “выведены из парных противоположностей и расположены во временной прогрессии - так они проявляют себя в мире феноменов как годовые циклы.”[3] Другими словами, запредельный, вечный порядок “Преднебесья” трансформируется во временной (в Китае время циклично) и, соответственно, претерпевает своеобразные изменения. Его внутренняя динамика разворачивается как показано ниже.

    [​IMG]

    [Источник: Грант, Pensée chinoise, © Albin Michel 1936, 1968, стр. 149]

    Справа, над осью 4-6, расположена группа женских знаков (сун, ли, кун, туи). По другую строну находятся мужские (чиен, кан, кен, чен). Соответственно, эта числовая мандала поляризована парами противоположностей. Помимо этого, в данной модели нечётные числа образуют центральный крест, а четные расположены по углам. Поэтому, разделение на чёт и нечет здесь ещё более выразительно, чем в модели Хо-ту. Таким образом, возникают неустойчивые ситуации, которые стимулируют движение всей структуры. (Вспомните сон ученого о шахматах и танце из шестой главы.)

    Магический квадрат Ло-шу также был найден и в Северной Африке, где он лежал в основе множества числовых спекуляций. Он считался величайшей тайной. Если в Китае он был отражением вселенского порядка, то исламские народы воспринимали его как божественную энергию Аллаха, которая циркулирует по всему миру и возвращается к нему. Поскольку Аллах представляет собой источник и единство всего сущего, он проявляется в мире посредством чисел магического квадрата.[4]

    Китайцы рассматривали две модели мироздания не как противоположные, а как взаимодополняющие друг друга.[5] При объединении числовых эквивалентов двух структур, земля и небо обмениваются своими последовательностями чисел (чётных, нечётных) – эта операция представляла собой взаимообмен атрибутов и носила название hieros gamos.[6] Для её осуществления, мы должны взять, к примеру, числовой квадрат Ло-шу:

    [​IMG]

    [Источник: Грант, Pensée chinoise, © Albin Michel 1936, 1968, стр. 166]

    Если мы заменим каждое число из левого квадрата тем числом, которое необходимо ему чтобы получилось одиннадцать, число Дао, в результате получится второй квадрат. Более того, когда мы поместим числа из второго квадрата в углы первого, получатся две свастики. Если мы их соединим, то девять пар чисел суммируются в одиннадцать - число Дао.[7]

    Сама по себе форма свастики предполагает, помимо кругового вращения, наклон квадратов в правую сторону. Эти числовые квадраты, также соотносятся с “Пред-“ или “Внутренними” небесными порядками.[8]

    [​IMG]

    [Источник: Грант, Pensée chinoise, © Albin Michel 1936, 1968, стр. 167]

    В свете вышеизложенного, особый интерес представляет одна из предсказательных техник древнего Китая. В ней жрецы использовали две небольшие дощечки – круглую (Ян, “небо) и квадратную (Инь, “земля”). Они вращались вокруг центра (столба), независимо друг от друга. На “земной” табличке изображалась числовая последовательность “имманентного мира Вэнь-вана”, а на другой – “Последовательность Преднебесья”. Для ответа на какой-либо вопрос шаман начинал вращать эти таблички в противоположных направлениях. Остановившись, они образовывали числовое взаимоотношение, из которого могут быть символически выведены “случайные” проявления единого целого. Взаимодействие двух дощечек означает hieros gamos неба и земли, Янь и Ин, где эти два принципа меняются свойствами.[9] Как показывал Джозеф Нидэм, на основе этой предсказательной техники был изобретён китайский компас.[10]

    Объединение двух структур знаменует собой смыкание вечного порядка (идей, небес и т.д.) с реальностью здесь-и-сейчас. Но когда шаман заставляет дощечки вращаться друг против друга, он вмешивается в событие как участник определённого момента времени.[11] Таким образом, с точки зрения китайцев, предсказания определяют “поля вероятности”, в пределах которых могут проявиться синхронистичные события.[12]

    [​IMG]

    Маги с доской предсказаний (гробница Ву Лян) [Источник: Джозеф Нидэм, Китайская наука и цивилизация(Cambridge, 1959), III, 304, воспроизводится с разрешения Cambridge University Press.]

    Китайская небесная дощечка, со своим “Изначальным порядком”, прекрасно демонстрирует универсальную вневременную структуру, предположительно иллюстрируя то, что Юнг называл “акаузальной упорядоченностью”[13], где “Структура имманентности ” в большей степени имеет дело с фактором времени. Две структуры стремятся дополнять друг друга – одна постоянная, а вторая, по-видимому, заключена во времени. Данный факт отсылает нас к описанию Юнгом пространства архетипов. С одной стороны, архетипы обладают постоянством, они находятся вне времени, с другой – феномены синхронии позволяют им прорываться в обычное время через взаимодействие внутренних и внешних факторов. Само собой, для получения информации о синхронистичных явлениях нельзя использовать один лишь временный фактор, поскольку эти явления представляют собой “творческий акт”, который всегда остаётся непредсказуемым. Это лишь модель, которую использовали китайцы для определения характеристик временного состояния, которые, в свою очередь,характеризовали бы свойства возможных синхронистичных событий. Из двух структур, первая – это числовой квадрат или массив, где все числа представлены как отдельные объекты, “организованные” в группы по четыре, вторая же представляет собой числовой массив, где ещё более выражена временная цикличность чисел.

    Есть ещё одно значительное отличие между “Изначальным” и “Имманентным” небесным исчислением. Последнее циклически связано со временем, в то время как первое содержит в себе скрытую динамику, описанную в следующем отрывке: “ Буря обуславилвает движение, ветер - рассеивание, дождь - сырость, солнце - тепло.”[14] (Здесь даётся описание образов четырёх сил природы – их воздействие носит название “восходящих линий” в соответствии с производимым эффектом.) Текст продолжает: “Покой обуславливает бездействие, радость – удовольствие, созидательность – правление, восприимчивость – защиту.” По словам Вильгельма, этот отрывок описывает ретроградное движение.[15] Во время этого движения вступают в действие силы предстоящего года. Прогнозирование в данном ключе, утверждает Вильгельм, полагается на знание будущего, которое заранее обусловлено причинами (т.е. зернами), формирующимися путём сжатия.[16] Данное “ретроградное” движение аналогично ретроградному счислению, которое, как я уже упоминала, обуславливают квалитативные структуры чисел.

    [​IMG]

    Расположение Фу-Си [Источник: И. Ольсвангер, Fu Shi: The Sage of Ancient China (Иерусалим, 1948), стр. 5., воспроизводится с разрешения Massada Press Ltd. и семьи доктора Ольсвангера]

    Двойная модель вселенной (состоящая из внутренне-временной (Вэнь-Ван) и вневременной (Фу Си) структур) не ограничивается одним лишь Китаем – вневременная структура проявляется через двойное ритмичное взаимодействие четырёх физических и четырёх психических факторов. Очевидно, внутренне-временная структура больше относится к конкретной реальности, а вневременная представляет собой попытку представить всё психологические и физическое бытие в целом, unus mundus, через противоположные временные движения и внутренние ритмы. Последняя напоминает о различии Юнгом между вневременной акаузальностью, обнаруживаемой в принципе физической дискретности и априорных свойствах понятия числа в психике.

    [​IMG]

    Расположение Вэнь-Вана [Источник: И. Ольсвангер, Fu Shi: The Sage of Ancient China (Иерусалим, 1948), стр. 6., воспроизводится с разрешения Massada Press Ltd. и семьи доктора Ольсвангера]

    Иначе говоря, в Китае число, как и звёзды, являлось “произвольным указателем времени”, с помощью него можно было узнать “волю небес”. И арифметика представляла собой искусство работы с этим числом для предсказания будущего, т.e. вероятности или “спектра возможностей” касательно свойств синхронистических событий. Это стало возможным благодаря тому, что числа всегда знаменовали собой всю полноту универсума, оттенки которого качественно проявляют себя во времени. Тот факт, что предсказания, основанные на принципе синхронии, производились, главным образом, с помощью двойных мандал может быть причиной дуалистических мотивов во снах современных людей. А это, в свою очередь, вполне может привести нас к идее unus mundus – изначального единства всего сущего, которое проявляет себя в явлениях синхронии.

    Последнее является парапсихологическим и, как следствие, пороговым феноменом. Общеизвестный факт, что подобные события имеют место в жизни индивида, когда энергия распределяется между сознанием и бессознательным или, говоря другими словами, когда архетипическое содержимое находится в состоянии напряжения. В пятой главе я описывала, как это содержимое проявляется на пороге сознания через мотивы двойственности. При этом, оно является одновременно и вечным, и временным. Соответственно, относительно времени, оно обладает двойственной природой. В своих работах по синхронии, Юнг приводит несколько снов, обладающих данным феноменом: в одном из них женщина находит скальные пласты с изображенными на них черными квадратами, настолько четкими, что возникает впечатление, что они были нарисованы человеком. В двух других мужчина тоже подходит к скале и видит барельеф с высеченными человеческими головами, а рядом – каменные колонны с такими же головами на капителях. Кроме того, они были расположены в таких местах, что никак не могли быть делом рук человека. Юнг комментирует это следующим образом: “В этих снах описывается не просто lusus naturae (игра природы (лат.) – прим. перев.), но особое совпадение между исключительно природным содержанием и человеческой идеей … при видимой независимости одного от другого”. В ещё одном сне, упоминаемом Юнгом, сновидец долго ищет и наконец находит существо в сибирской тундре:

    То был петух, чуть больше обычного, сделанный из чего-то, что выглядело как тонкое бесцветное стекло. Но он был живой и случайно возник из микроскопического одноклеточного организма, который обладал способностью превращаться в любое животное (в том числе и в то, которое обычно в тундре не встречается) или даже в предметы человеческого потребления самых разных размеров. В следующее мгновение все эти случайные формы исчезли без следа.[17]

    Сны подобного рода, вероятно, являются показателем того, что в природе существует формирующий принцип, способный объединять структуры, которые обычно не объединяются в цельные архетипические образы. Данный “формирующий принцип”, по словам Юнга, проливает свет на принцип синхронии. Само слово “coincidence” (“совпадение” (англ.) – прим. перев.) предполагает, что два разных элемента, которые обычно не встречаются друг с другом, внезапно “воплощаются” вместе. В данном случае, это психическое представление и одно или несколько физических событий. В этом смысле, синхронии – это спонтанные двойные проявления изначального единства, и данный аспект наделяет их нуминозным значением. Другими словами, для синхронии необходимо чтобы две принципиально различные структуры универсума обладали эпизодической взаимосвязью, которая бы проявляла некоторые аспекты Единого. Именно по этой причине термин unus mundus, в большей степени, относится к единству всего сущего, в то время как воспринимаемые аспекты реальности заставляют нас принять двойственность психики и материи, наблюдателя и объекта. Совпадение двух сфер в рамках феномена синхронии – единственное эмпирическое доказательство единства существования, доступное нам на сегодняшний день. Поэтому, бессознательное использует символ двойственности, как образ эмпирическойманифестации unus mundus.

    Математик Альберт Лаутман недавно предположил подобное единство двойственности по отношению к понятию времени.[18] Он различает геометрическое время, используемое для демонстрации необратимости физических процессов и время, определяющее динамические характеристики объектов, которое он называет “космогоническим”. Оно дискретно (в отличии от временного вектора) и обладает свойствами поля. Для Лаутмана, оба этих временных аспекта также находят свою реализацию в сфере математики. Помимо этого, он называет их “параметрическое” и “протяженное” время. Последнее он понимает как поле, в котором происходят “des accidents topologiques” (”топологии случайностей”(фр.) – прим. перев.).[19] Я не согласна с его односторонней категоричностью, которая относит непрерывность к параметрическому времени, а дискретность – к протяженному. На мой взгляд оба временных аспекта обладают и дискретностью, и непрерывностью. Тем не менее, я согласна с ним в том, что время необходимо описывать с помощью двойной модели (в которой есть необратимое линейное время и временное “поле”, в пределах которого производятся какие-либо действия), чтобы охватить всю многозначность времени. И я считаю, что данная модель связана с натуральными числами.

    Вплоть до недавних пор на Западе число интуитивно связывалось с принципом времени. К примеру, упоминаемый Людвиг фон Экхартшаузен придавал особое значение тому факту, что универсальная сила, которая олицетворяет собой единство всего сущего и пребывает “в согласии с потоком времени”, проявляется в “его” числовой прогрессии.[20] Соответственно, в его понимании, свойства натуральных чисел связаны со временем. Данная идея фон Экхартшаузена отсылает нас к античности. Аристотель пришел к определению времени как фактору, “определяющему движение, поскольку это число” или, другими словами, “время, как число, знаменует собой движение”[21] Фома Аквинский просто называл время “ numerus movens” (“движением чисел”(лат.) – прим. перев.). В след за ними, Иммануил Кант также подчеркивал тесную взаимосвязь числа и времени.

    Несмотря на то, что такие определения были слишком неточны для современных воззрений, дискуссии вокруг отношения числа ко времени всё ещё продолжались. Классическая физика обычно выражала время параметрами, сопоставимыми с пространственными координатами. Хотя Ньютон всё ещё воспринимал время как независимое, непрерывно протекающее измерение sui genesis (“неповторимое” (лат.) – прим. перев.), сейчас эта гипотеза считается устаревшей. Вместо этого, моменты времени характеризуются через отношения, как “классы событий, определяемые понятием одновременности”.[23] Данная идея отсылает нас к Лейбницу. С его точки зрения, вещи и события не могут существовать ни в каком другом времени или месте, кроме того, в котором они существуют. Если бы они и могли существовать где-то ещё, то это нельзя было бы определить с актуальной позиции, поскольку “то, что нельзя различить – идентично”. Одно не может различить две вещи sole numero. Таким образом, “пространство – это организованное сосуществование и время – порядок последовательности феноменов”.[24] Очевидно, это относится ко всем феноменам во вселенной. Данный взгляд, само собой, полностью игнорирует проблему измеримости времени. (Д. Д. Уитроу провёл замечательное исследование различных воззрений на отношение числа ко времени в своей книге Естественная философия времени.)

    До недавних пор, время почти всегда исследовали с помощью пространственных аналогий,[25] но сейчас предпринимаются попытки определить его через движение атомов[26], поскольку это даёт более точные результаты, в отличии от движения небесных тел. Согласно данному методу, энергетические колебания атомов остаются постоянными. Это утверждение привело к общепринятой гипотезе, что вселенная обладает единым фундаментальным ритмом, на котором, возможно, основывается всё наше понимание физического времени.[27] По словам Эддингтона, наше восприятие времени основано на цикличности квантовой структуры, и, спроецированная на четыре измерения, цикличность принимает форму кристаллической решётки во времени.[28] Однако цикличность есть не что иное как ритм.

    Этот современный взгляд имеет и биологическое обоснование – недавно было обнаружено, что все высшие организмы имеют одни или несколько внутренних “часов”, которые относительно независимы от окружения и действуют подобно электромагнитному осциллятору. Эти часы, скорее всего, расположены в каждой клетке и представляют собой физиологическую основу нашего чувства времени.[29]

    Интроспективное наблюдение за потоком мыслей приводит к аналогичным результатам. Например, Э.Р. Клей пришёл к заключению, что мы не можем разделить идею настоящего времени на произвольные отделы – момент, переживаемый в настоящее время, обладает своими собственными характеристиками и собственной продолжительностью. Клей называет его “обманчивое” или “ментальное” настоящее.[30] По выражению Уитроу, “ментальное настоящее” возникает из своего рода “объединенного представления”. В результате, субъективно переживаемое время может быть дифференцированно лишь до определённой степени. Поль Фресс заходит ещё дальше, утверждая, что мы не воспринимаем время вне зависимости от событий, но чувствуем ритмы и последовательности. Согласно этой точке зрения, не время является основой ритмов, но ритмы лежат в основе времени.[31]

    Как объясняет Уитроу, в настоящий момент существуют две противоположные точки зрения на идею времени. Одна из них кантианская – время как априорная категория разума, другая – основанная на идеях Пьера Жане, где время есть интеллектуальный конструкт.[32] Согласно Уитроу, в таком интеллектуальном конструкте заложена идея последовательности и её отношение к одновременному осознанию различных “фаз восприятия” – соответственно, здесь присутствуют и одновременность, и последовательность.[33]

    “Связанные” проявления настоящего момента совпадают друг с другом и, таким образом, формируют своеобразную однородность. Уитроу называет это “неким объединенным представлением”, хотя и не может объяснить суть этого процесса.[34] Именно здесь наши психологические исследования могут внести свой вклад, указав на то, что эти “объединенные представления” вызваны архетипами. Поскольку архетипы также объединяются в коллективном бессознательном, или, оставаясь разделенными, влияют друг на друга (как показал Юнг). Эти двойственные представления или “связанные” мгновения здесь-и-сейчас формируются на границе сознания, отпечатываясь в глубинной, интуитивной идее континуума.[35]

    Хоть мы обычно и связываем понятие времени с нашим дискурсивным мышлением, рассматривая его как линейную последовательность чётко разделённых актов внимания, время, с точки зрения Уитроу, сопоставляется не столько с постоянством геометрической линии, сколько с простейшим фундаментальным ритмом числового ряда.[36] Не случайно греческое слово arithmos, “число”, этимологически соответствует слову rhythmos, “ритм”.[37]

    Исходя из этих соображений, Уитроу пытался дать времени математическое определение, которое связывало бы его (в количественном смысле, конечно же) с натуральными числами.[38] Но, тем самым, он разработал концепцию, которую сам же называл “не способной привести к … континууму, принятому в физике.”[39] Несмотря на то, что он вводит понятие временного ряда, оно лишено закономерности. В результате, как замечает Уитроу, “взаимосвязь отдельных моментов с отдельными числами остаётся обобщённой”.[40] Я добавлю к этой критике то, что, в данном случае, между моментами времени и числами не возникает никакой связи. На мой взгляд, в данном случае мы имеем обобщённый изоморфизм числа и времени. То же верно и для современной идеи каузальности, применяемой по отношению ко времени.[41] Поскольку теория вероятности, со своим причинно-следственным подходом, тоже основана на алгебраической (а значит сугубо обобщённой) точке зрения на число. Ещё одним недостатком современного математического подхода к понятию числа является невозможность прослеживать временные соответствия на больших расстояниях.[42] Данный факт делает современную теорию ещё более неопределённой.

    Более того, квантовая механика доказала, что прошлое какой-либо системы не всегда определяет её будущее, а лишь спектр возможных состояний. Как подчеркивает Уитроу,

    ... имеется глубокая связь между реальностью времени и существованием невычислимого элемента во вселенной. ... Факт перехода и «становления» вынуждает нас признать существование элемента индетерминизма и неустранимой случайности во вселенной. Будущее скрыто от нас — не в настоящем, а в будущем. Время — это посредник между возможным и действительным.[43]

    Но как оно может быть этим посредником, не будучи при этом связано с качественным и динамическим аспектом? Здесь было бы лучше предположить, что время в большей степени изоморфно по отношению ко всеобщему континууму с его качественно-определёнными числами, чем к числам в их количественном смысле. В данном ключе, ритм заложен в основе качественного и количественного аспектов проявления числа. В количественном смысле, оно проявляется как присущий колебаниям элемент повторения, в качественном же – как форма и содержание числовых ритмов, встречающихся в природе. “Для мудреца”, как говорится в древнем трактате И Цзин, “время означает лишь то, что ступени становления в нём образуют четкую последовательность.” Под ступенями здесь имеются ввиду триграммы (т.е. числа).[44]

    Такая точка зрения проливает свет на то, почему, согласно Юнгу, архетипы проявляются в синхронии и как “акты творения во времени”, и как “вечное осуществление одного-единственного акта”. Поток времени, выраженный в числах создаёт ощущение временности, а “связная” структура создаёт постоянство смысла.[45] Подобно тому, как количественный аспект чисел изоморфен по отношению к линейному времени, так и качественный аспект числа (в силу своей обратной взаимосвязи с единым континуумом) образует изоморфизм с вечным, изначальным единством и его синхронными проявлениями.[46]

    Как уже упоминалось, в основе отношений числа и времени лежит энергия. Эта фундаментальная связь число-энергия-время была также проиллюстрирована Жаном Пиаже в демонстрации чувства “vitesse-mouvement” (“быстроты движения”(фр.) – прим. перев.) циклической “vitesse-frequence” (“быстроты повторения”(фр.) – прим.перев.) у детей ещё до того, как они разовьют в себе более абстрактное чувство времени.[47]

    Первичность энергии (относительно времени) станет ещё более очевидна, когда мы взглянем на идею времени с исторической точки зрения. Хорошо известен тот факт, что архетипические персонификации времени в различных религиях представлялись богами, действующими, главным образом, как символы психической энергии. Например, в Бхагавадгите бог Кришна явился Арджуне в образе извозчика (Васудевы) и раскрыл ему свою божественную роль создателя и разрушителя вселенной со словами: “Знай, что Я есть Время, что разрушит мир, когда наступит час.” Древние арии почитали Варуну как своё верховное божество, часто отождествляя его с Ямой, богом смерти, хранителем риты – универсального закона вселенной.[48] Постепенно вытесненный Рудрой и Брахманом, Варуна сохранил свою связь со временем, потому как “время “готовит” все вещи, воистину, это великое Я.” “Тот, кто знает время приготовления, он мастер Вед.”[49] Бог Шива также был наделён титулом Махакала (“великое время”) или Кала Рудра (“всепожирающее время”). По словам Генриха Циммера, он символизировал энергию вселенной в формах созидания, сохранения и разрушения.[50] Позже, образ Шивы был включен в другой образ – богини Кали (женский род от слова kāla, “время”),[51] представляющую активную энергию (шакти). Герман Гюнтерт не без причины этимологически приравнивал kāla к греческому kairoo, означающему “соединять нити вместе”.[52] В этом смысле, kairos означает “правильный порядок” во времени. Стоит ещё вскользь упомянуть, что связь kairos с богинями, ткущими время, приводит нас к идее “поля”, в котором “значимые связи” переплетаются, как нити полотна.

    Одно из древнейших божеств древнего Ирана – Зерван, который позже разделился на Ормузда и Аримана или на “Зервана вечного” (akarana) и “Зервана, который долго следовал своим законам” (duregho-ehrodhāta).[53] Позже, в митраизме, его вторая форма всё чаще приравнивалась к принципу зла, Аримана.[54] Она означала время как управителя судьбы, несущего старость, болезни и смерть. С другой стороны, “Зерван вечный” символизирует вечную суть вещей, заложенную в основе всего сущего. Это приводит нас к митраистскому богу Эону, который, предположительно, уходят корнями к древнеперсидскому Зервану.[55] Его часто изображали с головой льва, обвитым змеёй и в окружении знаков зодиака (иногда, вместо этого, они были выгравированы прямо на его теле). Как и бог Фанет в орфическом мистицизме, он символизировал вечность созидающего принципа.[56] Основное свойство Эона – это тождественность, космос как порядок и время как трансформация. О подобной триаде упоминает и философ Ферекид: “Зевс был всегда, и Хронос, и Хтония; из его семени Хронос создал огонь и ветер и воду. Он есть время.”

    [​IMG]

    Митраистский бог Эон [Фото William Bandieri, воспроизводится с разрешения Museum of Modena]

    Ещё одним божеством, персонифицирующим время в поздней античности, был гностический демон Иалдабаоф, с телом змея и головой льва. Он являлся Демиургом, который создал несовершенный, тленный (в силу наличия времени) мир.[57] Культ Кроноса (который позже рассматривался как идентичный Хроносу, богу времени) был тесно связан с Сераписом и получил широкое распространение в египетском синкретизме. У Кроноса было три головы: средняя, львиная, голова символизировала настоящее; левая, волчья – всепожирающее прошлое; и правая голова “ласкового пса” означала собой будущее.[58] Согласно Плутарху, этот позднеегипетский образ Кроноса также идентифицировался с богом-шакалом подземного мира Анубисом.[59] С другой стороны, в Риме Эон приравнивался к двуликому Янусу,[60] а в Герметическом корпусе этот бог был окончательно признан Демиургом, создавшим вселенную, время (Хронос) и становление (Бытие).[61] У древних Майя время часто считалось “принесённым” богом: например, в одном тексте описывается бог Девять, несущий на спине ястреба,cuch (“ноша” (майя) – прим. перев.). В результате игры слов, cuch означает круг в четыре сотни лет и, в итоге, получается ноша длительностью в три тысячи шестьсот лет.[62]

    [​IMG]

    Майянское пространство-время в три тысячи шестьсот лет [Источник: W. Cordan, Das Buch des Rates (Йена, 1962), стр. 227, воспроизводитсяс разрешения Eugen Diederichs Verlag.]

    Уже этих примеров вполне достаточно, чтобы продемонстрировать архетипический образ бога как созидательной энергии, лежащей в основе множества представлений о времени. Говоря психологическим языком, этот бог есть персонификация психической энергии со всеми её разнообразными, инстинктивными, образо-порождающими, духовно-созидательными силами, которые охватывают все психические процессы.[63] Поскольку, с точки зрения числовой периодичности, психическая энергия предположительно изоморфна по отношению к физической, эта тесная связь свидетельствует о сходстве между областью чисел и коллективным бессознательным. Хорошей иллюстрацией динамических и циклических временных структур служат древнекитайские огненные часы. В этих часах горючий порошок рассыпали по лабиринту и поджигали с одного конца. Временные промежутки отмечались по ходу горения этого своеобразного фитиля, а сам лабиринт образовывал мандалу (см. рис.). Такие часы представляли собой относительно замкнутую систему, где временной интервал заканчивался одновременно с энергетическим процессом.[64] То есть, здесь “время” представлено как активность в рамках определённой структуры. Контакт человека с этой системой проходил через небольшую прореху в окружности (I).

    [​IMG]

    Китайские благовонные часы [Источник: J. T. Fraser, ed., The Voices of Time: A Cooperative Survey of Man's Views of Time as Expressed by the Sciences and by the Humanities (Нью-Йорк: Braziller, 1966), стр. 383, воспроизводится с разрешения J. T. Fraser.]

    Эта “брешь” в мандале огненных часов знаменует собой ту точку, где человек устанавливает связь со временем,[65] и где он (со всей совокупностью возможных, но неизвестных состояний, в которых он оказался) может оказывать на него воздействие. Бессознательные влияния очень легко могут заставить неправильно завести часы, или вообще забыть о них. Здесь время имеет “дыру”, где оно начинается и заканчивается. Эта самая дыра в пространственно-временном континууме фигурирует как архетипический мотив в различных контекстах. Fenestra aeternitatis (”окно в бесконечность”) играло важнейшую роль в западной алхимии. В Средние века Деву Марию почитали как “окно просвещения” или “окно спасения” (от мира),[66] а в алхимии такие же свойства придавались философскому камню.[67] Mysterium fenestrae (“тайное окно”(лат.) –прим. перев.) также находит своё место в каббале, где оно символизирует свет, соединяющий сефиры от “короны” к “мудрости” и “разуму”, объединяя эти три сефиры изначальным, божественным светом.[68]

    Ученик Парацельса, Герхард Дорн, в чьей философии “окно в вечность” или spiraculum aeternitatis (“отдушина в вечность”) занимало не последнее место, очень проникся этой идеей.[69] Он советовал, своего рода, алхимическую медитацию, в которой сперва подавлялся инстинктивный аспект тела, путём отделения от него души и духа. Затем, душа и дух объединялись в unio mentalis для того, чтобы вновь соединиться с очищенным телом. Психологически, это unio mentalis соответствует выстраиванию духовной позиции. В этом смысле, согласно Дорну, дух становится для души spiraculum vitae aeternae (“отдушиной в вечную жизнь”). Это “окно в вечность”, т.е. в сокрытый мир unus mundus в божественном разуме. По правде говоря, как открыл Юнг, опыт Самости открывает такое окно для отдельного индивида, позволяя ему вырваться из когтей одномерной жизни. Через него человек соприкасается с вечностью в самом себе и, в то же время, позволяет вечности проникнуть в бренный мир в форме синхроний.

    На картине ниже духовный странник оставляет привычное пространство-время позади и смотрит сквозь “окно” в вечный мир, в коллективное бессознательное. Обратите внимание на двойное колесо – отсылка к видению Иезекиля.

    [​IMG]

    Брешь в вечность: духовный странник открывает иной мир [Источник: Ксилогравюра XIX в. (?), воспроизведено К. Г. Юнг, “Летающие тарелки: Современный миф,” Civilization in Transition, CW, Vol. X, plate VII.]

    Этот образ двойного колеса ставит перед нами одну из сложнейших проблем, касательно двойных (вечных и временных) мандал: оказываются ли две системы, в любом случае, “связаны”? Другими словами, есть ли вероятность того, что синхронии будут возникать постоянно? Само собой, все мандалы (как временные, так и безвременные) содержат в себе упорядоченную структуру, но способ, которым они взаимодействуют друг с другом, остаётся непонятным. (Это же можно увидеть и на иллюстрации). Например, если это колеса, то они не взаимодействуют друг с другом, но смыкаются центрами, что технически невозможно. Две системы несопоставимы. Можно сделать вывод, что контакт между ними возникает лишь в результате спонтанного воздействия из общего центра. Это согласуется с эмпирическим фактом, что синхронии, насколько мы можем судить, происходят нерегулярно.

    Играя с божественной мандалой, человек, своими бессознательными действиями, провоцирует контакт. В конечном итоге, эти воздействия остаются неизвестными и не могут никак регулироваться. Разумеется, существует некий постоянный порядок, но проявится ли он в синхронии или нет – это остается непредсказуемым. Можно предсказать только свойства возможных событий.

    Таинственная точка, где соприкасаются две системы является, скорее всего, центром или, своего рода, стержнем, где встречается психика и материя. Когда человек вступает во взаимодействие с этим стержнем, он обнаруживает себя в пространстве “чудес”, которые, по-видимому, не могли бы произойти без соответствующего движения в его сторону. По этому поводу китайский философ Мо Дзи сказал:

    Он не просто обладает наибольшей искренностью … позволяя своей природе проявиться во всей полноте … но точно так же может поступить и с другим человеком … а также с внутренней природой животных и вещей. … Он может поддерживать силы, питающие и преображающие Небо и Землю. … Не случайно подобная предельная искренность обладает свойством предвиденья. … Обе добродетели (достоинство и целомудрие) принадлежат природе, и именно таким образом происходит объединение внутреннего и внешнего. .. Пути Неба и Земли можно … выразить в одном предложении. … Они лишены всякой двойственности и потому создают вещи непостижимым образом.[70]

    Когда образуется такая констелляция и вечность мгновенно проникает в нашу ограниченную временем систему, изначальное единство активно себя проявляет и временно, если можно так выразится, объединяет двойные структуры в одно. Таким образом, unus mundus проявляется в феномене синхронии. Но поток событий сразу же возвращает обычное течение времени и вечный порядок снова становится скрытым. Вот почему можно описать “характеризующие поля” в основе синхроний[71], а не сами эти события “как есть”. Они возникают как спонтанные проявления бессознательного, объективного психического, которое Юнг называл духовный аспект бессознательного.

    https://castalia.ru/perewody/yungia...mya-glava-13-chislo-vremya-i-sinkhroniya.html
     

Поделиться этой страницей